Ситуация в Балтийском море кардинально меняется — теперь у России есть свой "Сувалкский" коридор

Там, где должны были стоять здания, предназначенные для бронетехники, плещется пруд с плавающими в нем лебедями, о незавершенных проектах военной инфраструктуры в интервью LRT.lt рассказал министр охраны края Арвидас Анушаускас. По его словам, чтобы иметь возможность разместить в Литве бригаду союзников по НАТО, необходимо будет не только провести работы, исполнение которых иногда запаздывает на несколько лет, но и получить от Германии стремительные решения.


Фото источник: Facebook страница NATO enhanced Forward Presence Battle Group Lithuania


В интервью LRT.lt министр охраны края А. Анушаускас также поделился своими мыслями о растущей военной инфраструктуре в Литве, о том, какое вооружение уже интегрировано в военный потенциал страны и почему в соглашении партий не появился пункт о большем финансировании национальной обороны и о всеобщей обязанности военной службы.


Он также раскрыл, как долго, по его мнению, Россия сможет воевать с Украиной и в каком положении сейчас оказалась Беларусь.


- До подписания партийного соглашения по обороне, наверное, громче всего говорилось об обязательной начальной военной службе и желании предусмотреть уровень финансирования обороны, достигающий 3% от валового внутреннего продукта (ВВП), но мы не видим ни того, ни другого в соглашении. Является ли это огромным проигрышем?


- В подготовку такого соглашения включена и оппозиция. У нас есть уникальная возможность услышать их позиции, так как отдельные оппозиционные политики объясняют, что они думают о всеобщем призыве, но только здесь мы смогли увидеть, как общаются между собой партии по этому вопросу. В ходе переговоров мы увидели, что некоторые громкие заявления были сделаны лишь для себя, а когда дело дошло до подписания соглашения, многое меняется.


Когда мы говорим о всеобщем призыве, то здесь мнения партий очень разные. Мы за всеобщий призыв, но есть нюансы, которые я озвучил партиям. Если мы хотим всеобщего призыва, давайте выделять на это ресурсы, это не бесплатное дело, это больше профессиональных военнослужащих, которые будут обучать этих призывников, больше инфраструктуры, больше оружия, больше снаряжения и техники. Я говорю не только об обучении стрельбе, но и о создании всей военной системы, дополнительных частей. Даже если речь идет о 2000 дополнительно призванных молодых людей, это все равно является значительной нагрузкой и требует ресурсов.


Фото источник: Facebook страница Вооруженных Сил Литвы


Когда начинаешь говорить о ресурсах, конечно, другая тема - какие проценты нужны. Все говорили "отлично, чем больше призывников обучим, тем лучше", но как только речь заходит о ресурсах, то видно, что партии уже готовятся к предстоящим выборам - муниципальные выборы состоятся в ближайшее время - и несмотря на геополитическое положение, несмотря на войну в Украине, не хотят заранее обещать больше ресурсов для национальной обороны. [...]


Партии в 2013 году договорились о 2 процентах на национальную оборону от распределения ВВП. Достигнув этого показателя, он был зафиксирован, и, кажется, достигли, и не нужно ничего делать. Достижение процента — это хорошо, это выглядит красиво, когда вы говорите об этом на форумах НАТО. Но на что выделены деньги, какие военные мощи развиваются на эти деньги — вопросы, на которые нелегко ответить. После заключения контрактов на развитие мощностей, их необходимо реализовать, а это требует времени. По прошествии полутора лет в Министерстве вижу, что ранее заключенные контракты красивые, с ними все хорошо, но на деле их выполнение было сложным – будь то строительство той инфраструктуры, которую обещали передовому батальону НАТО, или строительство инфраструктуры принимающей страны, или закупки некоторого вооружения. Либо эти проекты не были реализованы, либо реализованы, но с существенными оговорками. Армия, например, не могла полностью развить некоторые военные силы. В этом году средства, выделяемые на оборону, увеличились в полтора раза, поэтому мы ликвидировали отставание по поддержке страны пребывания, то есть прибывающим войскам стран НАТО будет где временно остановиться и проводить учения. Это нужно было сделать еще три года назад, поэтому это отставание пришлось ликвидировать.


- Хватило бы сегодня в Литве места для физического обустройства солдатам наших союзников?


- Если говорить об учениях, то после реализации планов этого года, то есть после строительства временных лагерей, - да, хватило бы. Но если союзники поставили бы нам условия, что это должна быть не временная, а постоянная инфраструктура, то тут возникают вопросы, потому что и передовому батальону НАТО, численность которого сейчас уже достигла почти 1800 солдат, инфраструктура была обещана намного раньше. Обещано, что в 2020 г. минимум половина необходимой инфраструктуры будет построена, но этого не произошло, мы ничего не нашли. Нам нужно было возобновить эту работу, чтобы довести ее до стадии проектирования в этом году, чтобы мы могли говорить о фактической реализации проекта к 2027 году. Я говорю об инфраструктуре вооруженным силам, которые уже находятся у нас с 2017 года, а это почти 2000 немецких и других военнослужащих союзников. Эта инфраструктура будет установлена ​​на немецкие и наши деньги.


Фото источник: Facebook страница NATO enhanced Forward Presence Battle Group Lithuania


Сейчас с марта месяца начали обдумывать, что нам нужны больше военных сил НАТО, наконец, на саммите НАТО в Мадриде было принято решение об увеличении союзных военных сил у нас до численности бригады, возникают возможности для предварительной дислокации амуниции и вооружения. Реализация этих решений не так проста. Например, чтобы раньше подготовить инфраструктуру для немецких союзников, необходимо будет дополнить шесть законов положениями, которые позволят сэкономить год, полтора, а то и два. Необходимо будет закупить проекты для наших военных городков, строительство которых начнется через месяц. Фактически мы пытаемся выйграть три года.


- Что касается дислокации бригады союзников НАТО в Литве, есть ли уже расписание или план действий с немцами по этому вопросу?


- Не будем забывать, что решение по этому поводу было принято всего месяц назад. Германия ждала этого решения, не хотела брать на себя ещё какие-нибудь обязательства. Голос НАТО был важен для них, и это вполне разумно. Понятно, что мы наладили свою работу и ту работу, которую нам предстоит сделать с Германией. Правда, все это должно будет сочетаться с действиями Германии. Осенью они создают элемент фронтового штаба, мы отдаем казармы в Рукле батальону фронтовых войск. К сожалению, если новые казармы не будут построены вовремя, нам придется делать это за счет наших солдат, зная, что казармы им будут построены в 2024 году.


- Что вы имеете в виду? Куда денутся наши солдаты?


- Мы их переводим в другие места. Обещания нужно сдерживать. Если их не выполнили вовремя, к сожалению, приходится думать о том, какие еще могут быть решения. Мы отдаем союзникам часть помещений штаба в Рукле, там и будет располагаться элемент штаба передовых сил.


Все говорили "отлично, чем больше призывников обучим, тем лучше", но как только речь заходит о ресурсах, то видно, что партии уже готовятся к предстоящим выборам - муниципальные выборы состоятся в ближайшее время - и несмотря на геополитическое положение, несмотря на войну в Украине, не хотят заранее обещать больше ресурсов для национальной обороны. А. Анушаускас

- В результате таких решений, когда союзникам приходится отдавать помещения, предназначенные для литовских солдат, не слышны ли сигналы, что атмосфера в литовской армии начинает ухудшаться, что в рядах литовских солдат поднимается негодование?


- Нет, это не так. Армейское руководство должно четко общаться с солдатами, и мы договорились об этом с командующим армией. Наши солдаты, которых переводят, все равно в конце концов окажутся в Вильнюсе. Их временно переведут из Руклы в Мариямполе, но в конечном итоге они окажутся в столице. Но несомненно, это проблема. Если мы думаем, что можем перебрасывать солдат с одного места на другое, то это неправильно, потому что это переезды, переселения с семьями, другими словами, множество логистических вызовов, с которыми сталкиваются солдаты. Мы пытаемся помочь им в этом вопросе: увеличили размеры жилищного пособия, квартплаты, денег на проезд, питание, в этом году приняли решения о повышении зарплат. Несколько муниципалитетов приняли решения, чтобы военнослужащие на ротации могли отправлять своих детей в детские сады и школы без очереди. Еще больше советов самоуправлений принимают такие решения.


- Когда именно в Литве может быть развернута бригада союзников по НАТО?


- В середине 2025 года в Литве может быть готова к этому инфраструктура, но за немцев говорить не могу. Немцы уже выделили конкретную бригаду, сейчас она тренируется в Германии, а позже часть ее будет тренироваться в Литве. Через пару лет вся бригада будет в Литве на учениях. Будем наблюдать перемещения огромной военной техники, мы ее увидим, амуницию. Мы увидим интересные вещи, если к тому времени, в рамках программы военной мобильности, не отремонтируем, например, дороги, идущие через Калварию в сторону Мариямполе. Будет много вызовов: 2024 пройдут учения, будем строить военные городки, в 2025 году должна быть окончательно построена дополнительная инфраструктура для размещения войск союзников. В любом случае мы стремимся, чтобы бригада была у нас, но Германия также будет принимать решения о том, как и на каком уровне они могут это обеспечить.


Фото источник: Facebook страница NATO enhanced Forward Presence Battle Group Lithuania


- Другими словами, Германия говорит: «Подготовьте инфраструктуру для войск, и тогда мы сможем прийти»?


- Нет, я бы так не сказал. Нужно понимать, что каждая страна, а особенно Германия, переживает в этот период очень большие изменения, особенно если оборонная сфера была отодвинута в сторону, если сначала думали, что Россия — партнер. Теперь страны — и Германия — одна из таких стран — понимают, что необходимо менять взгляды относительно России, отношений с Россией, энергетики, к опасениям союзников по НАТО на Востоке по поводу военных возможностей России, по поводу недостаточного присутствия сил НАТО на востоке. Теперь в течение нескольких месяцев вся политическая элита Германии должна не только все это переварить, но и принять решения в пользу именно восточного фланга НАТО. Это и нашло отражение на саммите НАТО в Мадриде, и для реализации принятых решений нужны усилия, и усилия Германии в том числе. Не могу сказать, что они не проявляют этих усилий, но для того, чтобы мы могли детализировать, как, что и когда они будут делать, нужно время.


- Вы не сомневаетесь в решимости Германии способствовать укреплению восточного фланга НАТО после истории с калининградским транзитом? Некоторые эксперты усматривают в этой истории возможное влияние Германии на Еврокомиссию, которая скорректировала правила транзита санкционных товаров в Калининград.


- Я не могу сказать, что этих сомнений нет в обществе, тем более в нашем обществе. Но давайте вспомним, сначала были сомнения в поддержке Украины. Наше общество предъявляет к НАТО как к организации, к государствам НАТО, включая Германию, гораздо большие требования, чем эти страны могли ожидать, гораздо большие требования по сравнению с тем, как они себе представляли свои действия. Реальность многое корректирует. Но страны переживают эти изменения, сначала мы были третьими, по предоставленной военной поддержке Украине (после США и Великобритании), а сейчас практически 99% стран НАТО поддерживают Украину в военном плане. Это огромный шаг. Мало кто представляет себе, что танковая армия Германии значительно сократилась со времен холодной войны. Когда говорят, что Украине нужно 500 "панцергаубиц" и когда столько не присылают, то, наверное, мало кто знает, что у Германии их 80 и что они уже не производятся.


Фото источник: Facebook страница Вооруженных Сил Литвы


Эти наши ожидания, не зная, каковы возможности Германии, начали подрывать наше доверие к Германии. Но не будем забывать, что мы члены НАТО. Несмотря на обязательства Германии перед этим регионом, это не единственное государство с такими обязательствами. У нас есть не только стратегические соседские партнерства, но и трансатлантические, мы также принадлежим к JEF (англ. Joint Expeditionary Force) формату, где Великобритания является лидером, и присоединились страны Северной Европы. Иными словами, возможности и способности одной страны не определяют картину нашей обороны. НАТО не союз двух государств - Литвы и Германии - НАТО состоит из 30 государств.


- Другими словами, литовское общество многого ожидает от западных стран и хочет более быстрых решений, но иногда ожидания, возможно, завышены?


- Ожидания очень высоки, возможно, потому, что в Литве популярны показательные действия. Например, когда подписываешь договор на какие-то закупки, всем кажется, что это уже реализовано. Подписали договор на приобретение ракетного комплекса средней дальности NASAMS, и, видимо, все думали, что после подписания все уже работает. А на самом деле система включена в наши вооруженные силы в 2022 году в январе – мы год вводили оружие в свои вооруженные силы. Изначально были батареи NASAMS, но не было ракет. Поэтому давайте понимать, что подписывать контракты — это хорошо, но реальность другая.


- Как сейчас обстоят дела с бронетранспортёрами Boxer? Сколько из них действующих на 100 процентов?


- Это совершенно новый проект, это новый продукт, поэтому он должен был пройти тестирования и испытания. Однако в прошлом году нам пришлось дополнить соглашение с производителями — мы хотели, чтобы продукт, полученный нами, работал безупречно. Мы не хотели платить деньги и потом что-то чинить, ковырять, поэтому дополнили соглашения, чтобы в случае обнаружения проблем, они были устранены. Пандемия мешала процессам, но сейчас в Литве работает команда из Израиля, Германии и Литвы, она совершенствует Boxer. Но эти 43 бронемашины - часть военных сил нашей армии, они ездят, стреляют из всех видов оружия. Мы достигли такой стадии, что после корректировки договоренностей с производителями мы тестируем, пробуем, принимаем каждое изделие в вооруженные силы и только потом платим деньги. Сейчас в конце августа нам будет предоставлен отчёт, нужно будет установить обновления Boxer. Это технологии 21 века, поэтому я говорю об обновлении электронных систем, а не механики, к механике у меня претензий нет.


Фото источник: Facebook страница Вооруженных Сил Литвы


Утверждения, что бронетранспортеры не ездят, некорректны. Они и едут, и стреляют, и ловят, и делают что необходимо. Конечно, после учений технику нужно немного починить. Ведь учения — это не простая поездка. В этой истории есть один момент — поскольку инфраструктура под Boxer должна была быть создана в 2020 году, а она не была создана, то часть инфраструктуры мы уже ввели в строй в этом году, а в следующем году закончим подготовку остальной части. Так что, после получения всей бронетехники, в следующем году будет подготовлена и инфраструктура - будет где тренировать команды, потому что к этому тоже не успели подготовиться, не был готов симулятор.


- Вы все упоминаете работы, которые были запланированы, но не были выполнены в срок. Является ли это наследием прежнего правительства или следствием укоренившихся проблем?


- Не могу сказать, что прежнее правительство смотрело на все это сквозь пальцы. Проблемы не решались, потому что нужна была целая система строительства инфраструктуры. Они создали Агентство по управлению инфраструктурой, так что нельзя сказать, что ничего не было сделано. Конечно, когда я полтора года назад начал посещать воинские части, мне стали показывать разные места и говорили, что «здесь должно было быть здание, предназначенное для Boxer», но я вижу, что здесь лебеди в пруду плавают, ничего не построено. Так что разочарование было.


Внимание общественности к армейским военным силам особенно возросло в этом году, потребность в подобного рода информации намного выше, чем была, например, в 2019, 2020 или 2021 году. Для тех, кто интересуется оборонными силами и возможностями, мы старались ответить на вопросы.


Утверждения, что бронетранспортеры не ездят, некорректны. Они и едут, и стреляют, и ловят, и делают что необходимо. Конечно, после учений технику нужно немного починить. А. Анушаускас

- На Ваш взгляд, сколько еще есть сил и возможностей у России для продолжения войны против Украины?


- Каждая война требует много ресурсов, и, если кто-то думает, что Украина и Запад сталкиваются с проблемой ресурсов, они должны понимать, что с этой проблемой сталкивается и Россия. Я говорю и о человеческих, и о других ресурсах. Если запускаете 3000 ракет, то у вас уже нет 3000 ракет. Вопрос в том, сколько их у вас есть, какая у вас производственная мощность, сможете ли вы выпускать 10 ракет в месяц как раньше или нет. Россия, похоже, израсходовала все до единых ржавых винтиков со своих складов, так что теперь все возит из Белоруссии, и я думаю, возит не зря. Думаю, это сигнал о том, что Россия сталкивается с проблемами, вызванными оружием новейших технологий, которое Украина получила от Запада и успешно применила. Я говорю об уничтоженных российских складах. Дело не в складах, а в их содержимом – не могут они быстро восстановить все эти мощи. Из-за этого я бы рассматривал Беларусь как резервный военный склад России, из которого она тянет все, что может. Поэтому белорусский режим вообще об этом не говорит. Если бы что-то привезли в Беларусь, А. Лукашенко бы первым кричал и хвалился волшебным оружием, которое победит Запад. Но поскольку ресурсы вывозятся из Беларуси - и это зафиксировано, то об этом умалчивается. У России есть потенциал затянуть конфликт, заморозить его, но этот потенциал будет исчерпан к марту 2023 года.


Фото источник: Facebook страница NATO enhanced Forward Presence Battle Group Lithuania


– Почему именно эта дата?


- Очевидно, что у России есть потенциал на 12 месяцев. Украина получает вооружение, например, такое, как ракетные комплексы HIMARS, но противник способен приспособиться. Я думаю, что новые маневры со стороны Украины и контрмеры к ним приспосабливающейся России могут продлиться ещё более полугода. Но это не значит, что все закончится в марте следующего года, потому что война может закончиться перемирием, может закончиться заморозкой конфликта.


- А как вы сам думаете, что будет в марте следующего года? Россия может и не развалится, но, возможно, сама инициирует мирные переговоры?


- Я думаю, что в то время может быть больше оснований для таких разговоров. Теперь их оценивают по второстепенным вещам. О возможном стремлении России к миру в будущем можно судить не по тому, что Реджеп Тайип Эрдоган заставил Владимира Путина ждать 50 секунд, а по тому, что В. Путин приехал в страны Ближнего Востока продавать украденное зерно. Это относится и к вопросу о санкциях, потому что санкции действительно бьют по военным силам России.


Видно, что у России значительно меньше технологически современного оружия, например, у нее меньше современных танков, современной бронетехники. Украинцы получают новое вооружение, а Россия — пополнение с заржавевших белорусских складов. Поскольку логику военных действий в России диктуют политики, они добиваются результата здесь и сейчас, игнорируя принципы международного права. В результате интенсивно используются военные ресурсы, а это также означает, что российская военная промышленность должна работать как часы, дополняемая из-за рубежа, потому что Россия никогда, ни в какой исторический период не была в таком состоянии, чтобы могла самостоятельно обеспечивать себя без внешних поставок, и теперь таковой не является.


- Вы считаете, что Россия не имеет много друзей, кроме Беларуси?


- Не имеет, потому что главные друзья - Иран, Башар Асад и лидер Северной Кореи. Диктатор диктатору друг, но это недостаточный ресурс.


- Как вы думаете, сможет ли Россия предпринять какие-либо ответные меры, без претензий на вступление Швеции и Финляндии в НАТО?


- Сейчас у России нет таких возможностей. Может быть, за 5-10 лет и создала бы возможность реагировать, но сейчас ее нет. Россия видит, что их стратегическое положение в Балтийском море кардинальным образом меняется - теперь звеном, соединяющим Сувалкский треугольник с государством НАТО, являемся не мы, а Россия с ее занятым уголком в Финском заливе и Калининградской областью. Это те крошечные участки, которые стратегически очень уязвимы. Ответить на это какими-нибудь военными средствами они не могут. Ситуация с безопасностью в регионе определенно улучшается после вступления Швеции и Финляндии в НАТО.


Фото источник: Facebook страница Вооруженных Сил Литвы


Мы также обсудили это и с министром обороны Турции. Да, аспекты отношений Турции со Швецией и Финляндией важны, но давайте посмотрим на альянс НАТО. С укреплением альянса усиливается и Турция, и укрепляется Северный фланг НАТО, а значит, риск военного конфликта точно не возрастает.

 

Автор статьи Гитис Пакунас. Статья впервые опубликована на портале LRT.lt. Статью к публикации подготовили добровольцы Центра Гражданского Сопротивления "Res Publica".

InformNapalm_logo_07.png

Partneris Lietuvoje